Инвесторы поворчали миллиардами

04.10.2013

Российского президента Владимира Путина и шведского инвестменеджера Кристину Стенбек объединяет то, что они знают про "бизнес по-русски"
Российского президента Владимира Путина и шведского инвестменеджера Кристину Стенбек объединяет то, что они знают про "бизнес по-русски"
Фото: РИА НОВОСТИ
Вчера президент России Владимир Путин на форуме ВТБ "Россия зовет!" вступил в дискуссию о том, будет ли конфискацией решение о переводе накопительной части пенсии в страховую. Кроме того, Владимир Путин дал понять, что его устраивает ситуация, когда в стране неидеальная демократия и идеальная стабильность: в такую страну идут инвестиции. Под конец дискуссии президент исчерпывающе объяснил новые правила игры для миноритарных акционеров ТНК-BP. Откровенностью заразился и специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ.

Перед началом форума его участники рассуждали между собой, скажет что-нибудь Владимир Путин о том, зачем у людей решили забрать их пенсию, или не скажет. 

— Жил я, жил, работал-работал, а потом у меня все, что нажил, забрали! За что? — спрашивал меня топ-менеджер одной известной финансовой группы, пристроившись с чашкой чая у перил лестницы в холле. 

А я и сам задавался этим вопросом. Мне ведь даже чая не хватило. 

В зале в это время шла вялая дискуссия. Председатель правления ВТБ 24 Михаил Задорнов рассказывал, что ВТБ 24 работает с отрицательными рисками по ипотеке, а с этим спорить никому и не хотелось. 

Зал при этом был наполовину полон, или, если быть более точным, наполовину пуст. 

— Но на этом хорошие новости, как говорится, заканчиваются,— признал Владимир Путин.— Производительность труда у нас, например, в два раза ниже, чем в Германии. До краев наполнился он, когда здесь появился господин Путин. Президент констатировал преодоление острой фазы мирового политического кризиса, но не гарантировал быстрого выздоровления мировой экономики (хотя, если бы и гарантировал, никто уже, кажется, не удивился бы). Президент назвал российскую экономику почти пятой экономикой мира. По объему ВВП (президента и в самом деле бывает иногда очень много) РФ на тысячные доли процента отстает от ФРГ. 

Как говорится, все это великолепие разбивалось о вывеску "Штанов нет". 

На сцене вместе с президентом России сидели несколько инвесторов мирового уровня. Они все были хороши, но по-разному. Кристина Стенбек, инвестор из Швеции, была просто хороша, и все тут. Бразилец Андре Эстевес был хорош тем, что представлял такую же развивающуюся (хоть и никак не разовьющуюся) экономику, как Россия. Лоренс Хо из Гонконга — тем, что готов был отдать практически весь Гонконг за один Дальний Восток. 

Глава ВТБ Андрей Костин как модератор обращался к спикерам на сцене с вопросами, которые были в меру провокационны, но скорее не в меру комплиментарны. Кристину Стенбек Андрей Костин спросил, зачем ее компания продала ВТБ за $2 млрд компанию Tele2 (сам он при этом не рассказал, зачем ВТБ купил эту компанию за $2 млрд. На днях, когда стало известно, что ВТБ намерен продать Tele2 пулу неназванных инвесторов, этот вопрос стал риторическим). 

— Или это просто сделка? — поинтересовался господин Костин.— Вы готовы по-прежнему вкладывать в Россию? 

— Мы остаемся в России! — ответила эта молодая (причем по годам) розовощекая женщина с льняными шведскими волосами под гром аплодисментов зала (позже она назвала себя ветераном инвестиций в Россию, и это откровенное кокетство заслужило ожидаемую порцию новых аплодисментов). 

Кристина Стенбек призналась, что долго думала, как быть: развивать бизнес в России, как учили в школе, или "сделать бизнес по-русски". 

— Мой отец здесь так его делал,— объяснила она залу, причем, судя по раздавшемуся хохоту, никому здесь ничего не надо было объяснять. 

Если исходить из того, что ее бизнес процветает, а из России девушка уходить не собирается, выбрала она второе. 

Лоренс Хо разъяснил, что доходы одной его компании равняются сейчас доходам всего игорного Лас-Вегаса, и дал понять, что он хотел бы освоить Дальний Восток: места здесь еще больше, чем возможностей. 

— Здесь можно создать многопрофильный курорт,— рассказал он,— где будут трудиться тысячи людей, обслуживающих рекреационную игровую зону. 


Это был пока единственный человек, который пришел на форум с конкретным инвестиционным предложением. Предложение о создании в рекордные сроки (четыре-пять лет) российского Лас-Вегаса под Владивостоком (или вместо Владивостока) пока, кажется, не оценили. (А можно было, причем в круглую сумму.) Я сначала подумал, господину Хо не успели объяснить, что в России нет игорного бизнеса, но потом понял, что есть люди, которым ничего не надо объяснять: он, видимо, имел в виду одну из четырех игорных зон, которые по закону можно построить в России (и ни одна не построена). 

— Сингапур же открыл свой игорный бизнес иностранным компаниям! — с волнением и упреком закончил господин Хо. 

Господин Путин, в отличие от себя же, впервые на такого рода встречах не стал комментировать ни одно выступление (а то это означало бы, что он на самом деле втянулся в торговые переговоры с господином Хо) и перешел к ответам на вопросы. 

Британский инвестор Томас Смит спросил, действительно ли Россия собирается сократить государственные расходы в результате замедления экономического роста. 

— Когда мы ставили свои амбициозные цели, мы исходили из действовавших на то время условий,— господину Путину вопрос, похоже, не понравился, и он не стремился к тому, чтобы понравился ответ.— Мы всегда будем исходить не из того, что хочется, а из того, что есть. Но будем стремиться к тому, чего хочется. 

А все равно придется довольствоваться тем, что есть. 

Другой британский инвестор спросил Владимира Путина, какой свой успех тот считает самым значительным за последние (почему-то) три месяца. 

Президент рассказал, что успех — это субстанция крайне относительная и что "нельзя ставить себе оценок". После этого без заминки он закончил: 

— Работа идет удовлетворительно. 

Помедлил и добавил: 

— Вполне. 

То есть он решил, что это все-таки не три, а три с плюсом. 

Полтора балла он снял себе за низкую производительность труда в России. 

Наконец задал свой вопрос корреспондент газеты The Wall Street Journal, одним своим вопросом инвестировавший в свое издание немалые средства (причем не свои, а Владимира Путина). Он спросил, достаточно ли сильно российское правительство, чтобы сделать акцент на повышении производительности труда и при этом справиться с рисками роста безработицы. Но главное, может ли Владимир Путин гарантировать безопасность всем проходящим по "делу 6 мая" (на Болотной площади.—А. К.) и заметным политикам, которые сейчас сидят по старым делам, а также другим заметным людям, которые уехали из страны. 

— Это увеличит доверие инвесторов,— закончил журналист под аплодисменты зала. 

— Нам необходимо думать обо всем, что связано с защитой собственности,— откликнулся на эти аплодисменты Владимир Путин.— Но надо соблюдать закон. И тогда инвестор получит сигнал: в России стабильная ситуация. 

И инвестиции, которые могут прийти в страну вследствие стабильности, будут инвестициями в будущую стабильность. Таким образом, для Владимира Путина, видимо, по-прежнему стабильность, длящаяся годами, является сама по себе результатом, а не средством достичь какой-то другой результат (то есть средством развития). 

— Старые дела? — переспросил господин Путин.— Эти люди, которых вы, видимо, имеете в виду, никогда политическими делами не занимались и стали политическими деятелями, только когда попали в места лишения свободы. 

Людей, которых он вместе с корреспондентом The Wall Street Journal имел в виду, не так уж много. Человека два. И они уже почти отсидели, и выйдут они на свободу, хотят они этого или нет, теми, кем стали в тюрьме. То есть политическими деятелями. 

Ну, один-то уж точно. 

— Стабильность важна,— еще раз произнес Владимир Путин,— власть должна быть сильной, последовательной и справедливой. 

То есть власть должна быть точно такой же, как мечта о ней. 

Владимир Путин считает, что есть страны, которые не считаются в западном сообществе идеалами демократии, "но ситуация там стабильная, и инвестиции не заставляют себя ждать". 

Россия к этим странам, очевидно, не относится. Не потому, что является идеалом демократии. А потому, что инвестиции сюда никак не идут (несмотря на то что Россия по крайней мере раз в году зовет их). 

Но, видимо, модель, которую президент России так исчерпывающе обозначил, сам Владимир Путин считает совершенно подходящей для России. Роста безработицы он не боится: 

— Поддерживать архаичные рабочие места нет смысла. 

После этого и взял слово российский инвестменеджер. Он спросил, пойдет ли на пользу то, что индивидуальные пенсионные накопления в размере почти 250 млрд руб. решено конфисковать в пользу бюджета. 

Судя по новой волне аплодисментов, этого вопроса ждала по крайней мере вся российская часть зала (то есть гораздо больше половины). 

— У нас прямо как на съезде КПСС: длительные продолжительные аплодисменты в адрес выступающих! — не удержался господин Путин (в его адрес пока аплодисментов не было, но раздражало его, очевидно, не то, что не аплодировали ответам, а то, что аплодировали вопросам, причем именно таким). 

Речь шла о решении перевести пенсионные доходы граждан, хранящиеся в частных накопительных пенсионных фондах, в страховую часть. 

— Правительство,— заявил господин Путин,— даже не обсуждает вопрос конфискации (то есть президент вообще на всякий случай выше таких решений.— А. К.). В накопительной системе функционируют вообще-то уже 2,5 трлн руб., и вопрос их использования не решен. Минфин пользуется... бумаги двигает туда-сюда... 

Первый раз зал засмеялся в ответ на его слова: здесь было слишком много людей, которые слишком хорошо понимали то, что он имеет в виду. 

— Алексей Леонидович (Кудрин.— "Ъ") почему-то не смеется,— продолжил президент,— а ведь это он начал! 

Господин Путин еще раз ужаснулся слову "конфискация": 

— Боже упаси! Более того, и накопительная система не закрывается как проект. Мы должны гарантировать вкладчикам их деньги в пенсионных фондах. Я не хочу, чтобы появились обманутые вкладчики в пенсионные фонды! 

Владимир Путин пообещал, что правительство до конца года примет еще "пять-шесть решений такого рода". Частные пенсионные фонды, по его словам, должны пройти процедуру нового лицензирования, "и как только будет создана система гарантий, фонды снова начнут работать". 

Владимир Путин предпочитал чего-то недоговаривать. То есть понятно, что частные пенсионные фонды уже очень сильно провинились, но он не считал нужным говорить, чем именно. 

Тут снова заговорил менеджер, который задал вопрос: 

— Те поступления от граждан, которые должны будут образоваться в 2014 году, поступят в страховую систему, а не в накопительную. Это и есть почти 250 млрд руб., про которые я сказал. 

Подлежащие, он имел в виду, конфискации по умолчанию. 

— Да, но накопленное не будет конфисковано,— разговор, продолжавшийся уже больше часа, стал, кажется, наконец-то интересен господину Путину. 

— Но почему накопление (видимо, прежде вс

Рейтинги надежности негосударственных пенсионных фондов
Алмазная осень A
Атомгарант A+
Благосостояние A++
Большой пенсионный фонд A
Газфонд A++
КИТ Финанс НПФ A+
ЛУКойл-Гарант A++
Национальный НПФ A+
Нефтегарант A
НПФ ВТБ Пенсионный фонд A+
НПФ Райффайзен A+
НПФ Сбербанка A++
НПФ Сургутнефтегаз A++
НПФ Транснефть A++
НПФ электроэнергетики A++
НПФ «ОБРАЗОВАНИЕ» A
НПФ «ОПФ» A
НПФ «СберФонд РЕСО» A
НПФ «Телеком-Союз» A++
НПФ «УРАЛСИБ» A
Оренбургский НПФ «Доверие» A
Первый национальный ПФ A
Промагрофонд A+
Ренессанс Жизнь и Пенсии A+
СтальФонд A+
ТНК-Владимир A+
Ханты-Мансийский НПФ A
Rambler's Top100 Google+ Блог основателя проекта